Печать
Рубрика: Православно-католические отношения
Просмотров: 16344

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

В течение последнего времени, в связи с переносом кафедры Главы УГКЦ в Киев, со стороны официальных представителей Московского Патриархата прозвучало множество комментариев, которым уделила большое внимание пресса. Публикуем комментарий историка Церкви Павла Парфентьева, к которому обратился российский портал "Православные Кафолики" с просьбой прокомментировать эти высказывания.

 

Исцелить исторической правдой

Вероятно, некоторые люди в официальных структурах МП полагают, что "благородная" цель борьбы с греко-католиками оправдывает распространение и пропаганду неверных с исторической точки зрения мифов, и даже прямое искажение фактов.

Уже более года назад в моей статье "В России мы не гости", комментировавшей визит в Москву кардинала Вальтера Каспера, я указывал на некоторые искажения подобного рода, которые, тем не менее, продолжают использоваться. Прежде всего, речь идет об утверждениях Московского Патриархата, что Католическая Церковь называет Православную Церковь "Церковью-сестрой".

В действительности это не так – этого никогда не было и это утверждение просто не соответствует действительности. Второй Ватиканский Собор, вопреки этим утверждениям, никогда не называл Православную Церковь "Церковью-Сестрой" Католической Церкви. Можно легко убедиться в этом, обратившись к документам Второго Ватиканского Собора, переведенным на русский язык. В документах Второго Ватиканского Собора термин "Церкви-Сестры" относится лишь к поместным Церквям внутри Католической Церкви. После Второго Ватиканского Собора термин "Церковь-Сестра" стал употребляться, с некоторыми богословскими оговорками, в том числе и к поместным Церквям, не находящимся в общении с Римской Церковью – таким, как Русская Православная Церковь.

Поскольку многие добросовестные и недобросовестные церковные деятели стали неверно понимать использование термина "Церкви-Сестры" в отношении некатолических Церквей, глава Конгрегации по делам вероучения, кардинал Йозеф Ратцингер (ныне Папа Бенедикт XVI) дал, с одобрения Папы Иоанна Павла II, разъяснение по поводу употребления этого термина (См. на русском языке здесь). Из него ясно, что Церкви-Сестры – это поместные Католические Церкви, и, с некоторыми оговорками, так можно называть отделенные поместные Церкви по отношению к поместным католическим. Например – Русская Православная Церковь – это "Церковь-Сестра" по отношению к Католической Церкви латинского обряда в России, а также по отношению к Российской Греко-Католической Церкви и к УГКЦ. Но не по отношению к Католической Церкви, как таковой, которая, как указано в этом разъяснении, является матерью, а не сестрой, всех поместных Церквей. Это разъяснение, вне всякого сомнения, должно быть хорошо известно в ОВЦС, если этот отдел внимательно и тщательно делает свою работу. То, что, как бы не зная об этом официальном разъяснении, ОВЦС МП постоянно продолжает ссылаться на Второй Ватиканский Собор и на то, что якобы Католическая Церковь называет Православную Церковь "Церковью-Сестрой" - пример или недобросовестного искажения фактов в пропагандистских целях, или недопустимой для деятелей такого уровня безграмотности.

Можно предположить, что это именно искажение фактов, расчитанное на то, что россияне достаточно мало образованы в этой области, а католические иерархи промолчат и не укажут на ложность этих утверждений, руководствуясь политическими соображениями или опасаясь преследований. Так и происходит. Раз за разом слыша такие утверждения, россияне начинают полагать, что так оно и есть в действительности и что Католическая Церковь противоречит собственным решениям, чего на самом деле нет и не было.

Раз за разом повторяются ссылки на некую "этику межцерковных отношений", которая, якобы, препятствует созданию "параллельных иерархий" на "чужих канонических территориях". Все эти высказывания являются конгломератом мифов, создаваемых, как представляется, с явными пропагандистскими целями, как и миф о "прозелитизме". В действительности, никто не устанавливал подобных норм "этики межцерковных отношений", и даже будучи установленными они не могли бы противоречит естественному праву Церкви – на свидетельство и миссию во всем мире. Канонические границы могут существовать только между Церквями, находящимися в полноте общения, о чем совершенно ясно говорили комментарии УГКЦ. Утверждение о существовании территорий, принадлежащих Церквям, не находящимся в таком общении – это канонический и исторический абсурд: просто удивительно, что такие высказывания звучат из уст достаточно образованных православных иерархов. Как правильно писал в свое время донецко-харьковский Экзарх УГКЦ владыка Степан Меньок – это "заставляет задуматься о чистоте их мотивов".

Все высказывания подобного рода выглядят, как направленные на одну цель: создать у российского народа впечатление, что Католическая Церковь – это лишь одна из поместных Церквей, только западная. И что, поэтому, надо с ней строить отношения как с поместной Церковью, разграничивать зоны влияния и пастырской ответственности, и так далее. В действительности это не так. Католическая Церковь – вселенская, и "зоной ее пастырской ответственности", ее "канонической территорией" является весь мир. Однако эти территории существуют именно внутри Церкви. Они не мешают и не препятствуют с чисто этической, "светской" точки зрения, существованию других Церквей, не имеющих полноты общения с Католической Церковью.

Говорить о недопустимости существования "параллельных иерархий" - это еще один абсурд. О какой "параллельности иерархий" может идти речь, если Церкви не находятся в общении друг с другом. Как раз наоборот – спокойное и мирное сосуществование таких параллельных иерархий и является de facto существующей цивилизованной нормой межцерковных отношений, определяемой словом "терпимость". Латинская Церковь и Греко-католические Церкви – это части единого церковного организма – Католической (Вселенской) Церкви. Поэтому все разговоры о "недопустимости параллельных иерархий" - это лицемерие. Если существование "параллельных иерархий" недопустимо – то по этой логике непонятно, что делают в Западной Европе, на "католических территориях" епархии Русской Православной Церкви – Венская и Австрийская, например.

Вообще, если уж говорить о недопустимости "параллельных иерархий", то не совсем понятно, что делает иерархия Московского Патриархата на Украине. В самом деле, в XVI-XVII веках весь епископат тогдашней Киевской Митрополии, за исключением двух епископов, принял унию. Эти два епископа и еще один, назначенный позднее, оставались вне унии. Потом они умерли, не оставив преемников. Т.е., на тот момент вся действующая иерархия Киевской Митрополии стала униатской. Уже позже, в XVII веке, была поставлена "с нуля" новая православная иерархия. Получается, что именно православная иерархия на территории Речи Посполитой стала той самой "параллельной иерархией". Нынешняя иерархия УГКЦ непосредственно преемствует иерархии Киевской Митрополии XVI века, в отличие от православной иерархии. По логике неправильности существования "параллельных иерархий", именно иерархия УПЦ МП должна освободить "каноническую территорию" прежней Киевской Митрополии. Разумеется, греко-католикам не приходят в голову предъявлять такие претензии – именно потому, что понятно, насколько странными и абсурдными выглядят утверждения об "экклесиологической недопустимости" существования иерархии другой Церкви если нет полного церковного общения.

В конечном счете вся эта аргументация сводится к нецерковным основаниям. Речь идет, как представляется, о простой пропагандистской эксплуатации комплекса "свой – чужой", об использовании такого свойства падшей человеческой природы, как ее удобосклонность к ненависти по отношению к "не своим", об агрессивном противопоставлении "мы – они". Разумеется, православные имеют полное право говорить о своих убеждениях и следовать им. Если они не признают греко-католиков подлинной Церковью – они могут бороться с греко-католиками: разумеется, церковными средствами – миссией, свидетельством истины, явлением любви Христовой, пастырской работой. Точно такое же право свидетельствовать о своей вере повсюду – в том числе и на Украине, и в России – имеют и греко-католики. Это свидетельство должно быть, оно уже есть и, хочется надеяться, не прекратится, несмотря на объективные сложности и препятствия.

Особенно циничными и возмутительными выглядят слова Патриарха Алексия II о том, что после уничтожения УГКЦ И. Сталиным, Московская Патриархия окормляла лишившихся церковного крова греко-католиков, готовила их церковные кадры: и вот теперь ожидала услышать от них "спасибо", а вместо этого они "разгромили три епархии на Западной Украине". Это выглядит как вопиющий цинизм. Русская Православная Церковь непосредственно содействовала уничтожению УГКЦ в 1946 г., организации того фарса, который назван был "Львовским Собором". Православные иерархи, участвуя в этом процессе, прекрасно знали, что он недоброволен, и что все греко-католические епископы к этому моменту были арестованы. Они знали, что ожидает "несогласных". И, тем не менее, это не помешало их совести принять такое "единение". Это не первый случай того, как государство силой пыталось "воссоединить" униатов с Православной Церковью. Готовя кадры и окормляя верующих, Московская Патриархия делала это не для них, а для себя. Это вовсе не было заботой о греко-католиках – иначе почему потом были такие возмущения со стороны Патриархии, когда греко-католики подняли голову и началась легализация УГКЦ? И стоит вспомнить, что т.н. "разгром" православных епархий – это именно прежде всего спонтанный возврат общин и верующих греко-католиков к открытому исповеданию своей веры, которую до этого они были вынуждены исповедовать практически тайно. Прежде, чем говорить о "захвате храмов", стоит спросить – был ли хотя бы один из этих храмов построен Московской Патриархией после псевдо-собора 1946 года?

Указания на то, что уния "силой насаждалась" вопреки воле большинства церковного народа в XVI веке, тоже, на самом деле, погрешают против фактов. В реальности, как показывают последние исследования, число сторонников и противников унии было примерно равным, и это было меньшинство. А большинство народа – как и сейчас в России – относилось к вопросам церковной жизни достаточно безразлично, заботясь лишь о сохранении привычных форм религиозного быта. Во всяком случае, не приходится говорить о несогласии "церковного большинства". Это явное упрощение истории в целях антикатолической пропаганды. Нельзя говорить, что насилия не было – оно бывало, часто объясняясь уровнем церковного сознания той эпохи. Но оно было, если можно сказать так, "симметричным", с обоих сторон - и нельзя сказать, что оно было основным фактором утверждения Унии – это просто неправда. Если бы было так, то все позднейшие попытки силой присоединить униатов к государственному православию, которых было несколько, не вызывали бы такое сопротивление, упорство греко-католиков в своих убеждениях и вере вплоть до пролития мученической крови. К сожалению, все эти факты россиянам неизвестны, что и позволяет подавать их в искаженном, упрощенно-пропагандистском варианте. Но, вопреки утверждениям доктора Геббельса, даже тысячу раз повторенная ложь правдой все же не становится.

На самом деле, "антиуниатская" пропаганда выдает боязнь – а именно боязнь того, что россияне смогут понять, что Католическая Церковь – вовсе не "чужая". Эта опасность не столь велика, когда речь идет о незнакомой и непонятной большинству Латинской Церкви. А греко-католики – это свидетельство того, что, оказывается, можно быть православными и никого не ненавидеть, и не пытаться построить "образ врага". То, что эта пропаганда постоянно прибегает к прямому искажению фактов – выдает ее действительную слабость и неуверенность в себе. Мы должны просто спокойно и ответственно свидетельствовать об истине, в том числе вероучительной и исторической. Я уверен, что если католики – в том числе в России – будут это делать, не опасаясь негативной реакцией православных иерархов и не смущаясь ей, это пойдет лишь на пользу подлинному диалогу и общению с Православной Церковью. Именно правда, в том числе историческая, может стать шагом к исцелению страдающей памяти".

Павел Парфентьев
Источник: "ПРАВОСЛАВНЫЕ КАФОЛИКИ"