Печать
Рубрика: Митрополит Андрей Шептицкий
Просмотров: 9617

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

митр. Андрей ШептицкийВопрос о признании митрополита Украинской греко-католической (униатской) церкви Андрея Шептицкого Праведником народов мира рассматривался специальной комиссией при Яд ва-Шем почти 20 раз. Это беспрецедентный случай. Обычно Комиссия выносит решение при первом же обсуждении ходатайства, полученного от спасенного еврея.

 

Автор публикуемой статьи возглавляет Общество израильско-украинской дружбы (Израиль), почти 20 лет занимается розыском украинцев, спасавших евреев в годы войны.

 

Признайте Шептицкого!

Яков Сусленский

 

Среди лиц, обязанных своим спасением митрополиту Андрею Шептицкому и ходатайствующих о присвоении ему этого звания, раввин Давид Кахане, два сына – Курт (Ицхок) и Натан – бывшего главного раввина города Львова Иехескиеля Левина, два сына – Цви и Леон – раввина Хамейдеса, семья аптекаря Подошина, другие люди, считающие А. Шептицкого своим прямым или косвенным спасителем. О личности А. Шептицкого и его роли в спасении евреев высказывались г-жа Илана Мейрон, отец которой был учителем митрополита, обучая его ивриту, семья Функа, личный шофер А. Шептицкого Иван Гирный и многие другие.

Ходатайства от Давида Кахане и других спасенных были представлены на семь человек: двух братьев Шептицких и пятерых других особо отличившихся в спасении евреев – священников, монахов, игуменью. Пятеро из семи были признаны без всяких проволочек на первом же заседании. А главные герои спасения – Андрей и Клементий Шептицкие, чьи воля и влияние воздействовали на других спасителей и не только в пределах монастырей, получили от ворот поворот. Причем, следует отметить, что Клементия не признавали долгое время только по единственной причине: за фамилию Шептицкий. Надо же! Как это он не учел, спасая евреев?!

Но справедливость все же восторжествовала: настоятель монастыря студитов архиепископ Клементий Шептицкий спустя 50 с лишним лет после его участия в спасении евреев все же был признан Праведником народов мира. Не довелось ему узнать об этом при жизни (он умер в советском лагере в 1951 году) – что ж, наверно, приятно и посмертное признание.

Да, советская власть не признала спасение Клементием евреев в качестве смягчающего вину обстоятельства. А вина его состояла в том, что он не отрекся от униатской церкви и не перешел в православную, подчиненную московскому патриарху, прислужнику КПСС и КГБ.

Но какова вина Андрея Шептицкого перед комиссией Яд ва-Шем, что она упорно отказывает ему в признании? Давайте посмотрим, что о нем говорят документы и евреи, особенно те, кому он спас жизнь.

Уважительное отношение Андрея Шептицкого к еврейскому народу и его чаяниям сложилось у него задолго до войны. Какой бы город или местечко Галиции ни посещал митрополит, его неизменно, наряду с местным священником, встречал раввин. А. Шептицкий посылал пожертвования еврейским общинам к праздникам, заботился о том, чтобы у всех бедных была маца на Пасху. Свои послания еврейским общинам он писал на иврите. Семинарских знаний иврита ему было недостаточно, и он держал учителя, некоего Нафтали Зигеля, дочь которого – Илана Мейрон – ныне жительница Хайфы, поделилась со мной воспоминаниями о митрополите. Ей, видевшей его в детстве, запомнилась его доброжелательная улыбка с оттенком зависти, когда он слушал беглую ивритскую речь молоденькой Иланы. Ее отец всегда с восхищением отзывался об Андрее Шептицком. Главный раввин г. Пидгайцы Пилиенфельд долгие годы был дружен с семьей Шептицких.

Недавно в израильской прессе (газета «Новости Недели», 08.03.2001) было опубликовано интервью А. Шептиицкого, данное им в 1939 году представителям сионистской организации Галиции. Интервьюера интересовало отношение митрополита к сионизму. А. Шептицкий рассматривал сионизм как национально-освободительное движение: «Сионизм – это реальная идея, которая основывается на предпосылках высшей человеческой нравственности и потому заслуживает полной поддержки, – сказал он. – Я всегда был сторонником идеи возрождения еврейского народа и восстановления еврейского государства в Палестине. Сионизм считаю народным движением – природным и здоровым». И далее он развивает эту мысль, говоря о тех удивительных результатах, которые дает реализация идеи сионизма.

Дай Б-г, чтобы каждый еврей усвоил взгляд Шептицкого на сионизм и служение сионизму сделалось его жизненной целью!

И спасение евреев во время немецкой оккупации явилось не случайным внезапным порывом, скоротечным побуждением души Андрея Шептицкого, а следствием ранее сложившихся убеждений и благородной гуманной натуры. И он оставался верен себе весь период сурового испытания.

Вот и раввин д-р Давид Кахане, продолжительное время проведший в обществе своего спасителя, задается вопросом: «Кто он, митрополит, человек, который оказал мне свою защиту? Кто этот человек, который относился к евреям с такой большой добротой, который так глубоко им сочувствовал и который призрел в своих монастырях так много еврейских детей?»

Милый Давид Кахане (да будет благословенна его память!), живя без малого целый век, вы не теряли надежды еще при жизни узнать о признании вашего спасителя Праведником мира. Не дождались...

В своей книге «Дневник Львовского гетто» Давид Кахане посвятил описанию добрых деяний митрополита немало страниц.

Кратко упоминая об ужасных страницах в истории еврейско-украинских отношений и переходя к современности, Давид Кахане особо выделяет руководство украинских священнослужителей. Он пишет: «Я свидетельствую свое почтение руководству украинского духовенства, многим монахам, которые подвергали себя невероятному риску, спасая еврейских детей». При этом Давид Кахане указывает, что они были скорее исключением, чем правилом.

Чтобы не быть голословным, назову некоторые имена священников и монахов: Габриэль Костельник, Киприян, Марко Стек, Теодосий, Лазар, Никанор, Титус Проостюк, Котив, Иванюк, Грицай, Герман Будзинский, Мартынюк, Бен, игуменья Йосефа (Елена Витер), шофер Иван Гирный.

Но самыми яркими маяками человечности, маяками надежды на спасение души в эту яростную бесчеловечную эпоху сверкали два брата Шептицких и особенно ярчайший из них – митрополит граф Андрей Шептицкий. Его отношение к страдающим евреям передавалось другим и вдохновляло их на самоотверженные поступки. Без указаний и поддержки митрополита и его брата подчиненные им священники и монахи не смогли бы так демонстративно проявить свое человеколюбие. Влияние митрополита сказалось и на польке Монике Полянской, настоятельнице женских монастырей, и на немце Питерсе, и вне монастырских стен – на изумительном священнике из г. Перемышляны Ковче, поплатившемся жизнью за спасение евреев, но поныне еще не признанном Праведником мира. Я знаком с его детьми и видел его последние письма к семье из лагеря смерти Майданек. Влияние А. Шептицкого испытал на себе и промышленник Качмарский, признанный Праведником народов мира.

Вот один из примеров такого влияния. Настоятель одного монастыря, подведомственного А. Шептицкому, отец Никанор, уже два года проведший в немецкой тюрьме, оповестил монахов о том, что в их монастыре находятся два еврея. Чтобы не подвергать опасности всех монахов и избежать ликвидации монастыря, надо, чтобы кто-нибудь один взял вину на себя в случае обнаружения этих евреев. Он попросил смельчака подойти к нему. Мгновенно рядом с ним оказались монахи Варлаам, Ерофей, Иосиф, Патрик, Лазар, Амброс, Модест... – все, включая и Теодосия, прятавшего две еврейские семьи на фабрике, где он работал.

Но «уважение», «сочувствие», «влияние» – все это понятия абстрактные. Читателя интересуют конкретные дела Андрея Шептицкого – человека и митрополита.

На восьмой день войны, 30 июня 1941 года, немцы уже заняли Львов. В тот же день фракция Организации украинских националистов (ОУН(р)) под руководством Степана Бандеры провозгласила Украину независимой, и было сформировано правительство во главе с Ярославом Стецько.

На эту акцию наряду с другими откликнулся и глава Украинской униатской церкви митрополит Андрей Шептицкий. Его приветствие однако отличалось от других одним существенным моментом: он ждал от правительства «мудрого, справедливого руководства и мероприятий, которые учли бы потребности и благо всех заселяющих наш край граждан, невзирая на то, к какому вероисповеданию, народности и социальной категории они относятся». В посланиях других высоких авторитетов вопрос справедливого правления по отношению ко всем не ставился вообще. А он в первую очередь касался евреев, затем поляков и других.

Во время своего господства в Западной Украине после сговора Сталина с Гитлером о разделе Польши в 1939 году и вплоть до начала войны с Германией 22 июня 1941 года советская власть искореняла дух украинского национализма (кстати, и сионизма), наполнив до отказа тюрьмы «освобожденных» областей. Молниеносное наступление немцев не оставило чекистам времени эвакуировать заключенных, и было решено их ликвидировать. Немцы, заняв Львов и другие области Западной Украины, не преминули воспользоваться таким подарком в пропагандистских целях и для разжигания ненависти населения к «жидовско-большевистским извергам», сделав всех евреев – от мала до велика – ответственными за это злодеяние. Евреев хватали в домах и на улицах и заставляли раскапывать ямы и извлекать тела убитых. Местное население, находя трупы своих близких, распаляло страсти толпы, жаждущей мщения. Объект – евреи – оказался под рукой, и 2 июля 1941 года разразился бешеный погром. В этот день Львов лишился трех тысяч своих еврейских граждан.

Узнав о погромных действиях толпы, митрополит послал на улицы находившихся при нем священников и монахов для успокоения народа. Сам он идти не мог, будучи прикованным к коляске. Уже в течение многие лет он был парализован.

А утром того дня к митрополиту обратился главный раввин Львова Иехескиель Левин с просьбой повлиять на украинцев, принимавших участие в погромных действиях и в других городах и местечках Галиции. Митрополит пообещал раввину тут же написать пасторальное письмо для предотвращения разбоя и грабежей и распространить по возможности, хотя заметил при этом, что его влияние ограничено, ибо действия немецких властей ему не подвластны, да и другие влияния сказываются на народе в пору анархии и безвластия. Самому же раввину Левину он предложил переждать в его резиденции буйство антисемитской черни. Но раввин отклонил его предложение, ушел и погиб в тот же день.

В течение второй половины 1941 года и всего 1942 года митрополит созывал несколько раз синод и ставил вопрос о насилии. 27 марта 1942 года правление митрополита постановило применять к убийцам наказание: проклятие церкви.

Возмущенный преследованиями и геноцидом евреев, а также участием украинцев в этом гнусном деле, Андрей Шептицкий отважно пишет два послания, каждое из которых могло стоить ему жизни, а церкви – ликвидации. Первое – письмо всемогущему Гиммлеру. В нем он призывал рейхсфюрера СС отстранить украинскую полицию от участия в истреблении евреев. Украинцы в результате этого становятся кровожадными убийцами и могут убивать кого угодно, включая и своих соплеменников. Второе – пасторальное письмо, озаглавленное «Ты не должен убивать!». В нем он обращается к народу. Он предостерегает украинцев, заявляя, что нарушение заповедей Б-га, в частности заповеди «не убий» «повлечет за собой возмездие – «страшное возмездие». «Совершил человек самое омерзительное преступление, если преступил пятую заповедь: “Не убий”, преступление, противоречащее основе основ христианской морали – любви к ближнему. Человек, убивший ближнего своего, исключает себя из общества человеческого и из среды детей Б-жьих. Грехом подобным лишает убийца себя права на блаженство вечное, и на земле проклятие клеймом ляжет на него».

В пору массового истребления людей по идеологическим, политическим, расовым и иным мотивам писать и открыто проповедовать такое: «Человек, убивший своего политического противника, такой же убийца, как и тот, кто убил ближнего своего из соображений личной выгоды, и заслуживает он такой же кары небесной и такого же проклятия церковного» – не значит ли это бросать смело вызов фашистскому режиму, несущему гибель и разорение? Не свидетельство ли это высокого гуманизма яркой личности?

Только двое из высоких духовных авторитетов – немецкий кардинал Фаульхабер и митрополит Шептицкий – смело выступили с осуждением нацизма в его позиции по еврейскому вопросу.

На послания Андрея Шептицкого последовала реакция: пасторальное письмо было изъято из обращения, Андрея Шептицкого Гиммлер приказал отправить в лагерь. Немецкий правитель Львова Лаш убедил Гиммлера не добиваться исполнения приказа с учетом популярности митрополита. Его арест мог бы спровоцировать восстание населения. Немцы рассматривали украинцев Галиции в качестве своих союзников (не потому ли именно в Галиции была создана в 1943 году дивизия СС «Галичина»?). И Гиммлер отступил.

Когда официальная делегация министерства иностранных дел Германии нанесла визит митрополиту летом 1942 года, А. Шептицкий открыто осудил жестокое отношение немцев к евреям. Он считал своей человеческой обязанностью решительно выступить против преследования евреев и расовой дискриминации.Он не терял своего достоинства перед оккупационной властью, порой даже вел себя вызывающе перед крупными фашистскими чинами, навещавшими его.

Однажды его посетил шеф абвера (разведывательного управления верховного командования вооруженных сил) адмирал Канарис. У самого входа А. Шептицкий встретил его возгласом: «Адмирал, что вы делаете на суше? Ваше место на море». Канарис не вынес такого оскорбления, развернулся и ушел. Предвидел бы митрополит дальнейшую судьбу Канариса (он принял участие в «заговоре 20 июля 1944 года» против Гитлера и был казнен в апреле 1945-го), возможно, он отнесся бы к нему помягче.

У А. Шептицкого было весьма ясное представление о фашизме (национал-социализме) и коммунизме (интернационал-социализме) и соответствующее отношение к ним. Когда 29 августа 1942 года было ликвидировано львовское гетто и остатки его обитателей (после массовой расстрельной акции и отправки многих евреев в лагерь уничтожения Бельжец) были переведены в Яновский лагерь, митрополит пишет гневное письмо папе Римскому Пию ХII, в котором выразил свое отношение к фашизму.

Выдержки из письма Папе Римскому от 29-31 августа 1942 года:

«Вот уже не менее года нет дня, в котором не совершались бы самые отвратительные преступления: убийства, грабежи, воровство, конфискации и издевательства. Первые жертвы – евреи. Количество убитых евреев в нашем небольшом крае уже наверняка перевалило за двести тысяч. По мере продвижения армии на Восток число жертв увеличивалось. В Киеве в течение нескольких дней истреблено сто тридцать тысяч мужчин, женщин и детей. Все малые города Украины были свидетелями подобной резни, и длится это уже больше года».

Далее он описывает, каким издевательствам подвергаются и другие жители Украины, к какой деморализации общества приводит немецкая оккупация, особенно слабовольных людей: «Они учатся воровству и преступлению человекоубийства, утрачивают чувство справедливости и гуманности... Душегубы, привычные истреблять евреев, тысячи невинных людей, привыкают к виду крови и становятся кровожадными».

Он клеймит систему лжи, мошенничества, несправедливости, грабежей, которая выглядит карикатурой на понятия цивилизации и власти. Это система эгоизма, доведенного до абсурда. Это система сумасшедшего национального шовинизма немцев по отношению ко всему честному и красивому. «К чему эта система приведет несчастный немецкий народ? – вопрошает митрополит. – Только к озверению, какого история еще не знала».

Ни действием, ни даже словом папа не ответил на это письмо, хотя, говорят, втихую он тоже спас нескольких евреев. На большее духу не хватило.

Когда приостановить истребление евреев стало абсолютно невозможно, Андрей Шептицкий повелел своему близкому окружению спасать их, особенно детей. Он проинструктировал священников, к которым питал доверие, как спасать детей и куда привозить их из разных городов Галиции. Священник Котив старательно собирал по городам и весям Галиции еврейских детей. Шофер Иван Гирный развозил их по монастырям. При перевозке детей неизменно сидел в кабине архиепископ Клементий Шептицкий и своим высоким саном и соответствующим сану облачением избавлял шофера и пассажиров от досмотра и проверок.

Девочек было легче спасать и прятать. Ими весьма энергично и самоотверженно занимались по указанию митрополита Моника Полянска и игуменья Йосефа. С мужским полом было намного труднее. Немцы устраивали в монастырях частые проверки. Взрослых мужчин облекали в монашеское одеяние, меняли им имена (Курт Левин был под именем Роман Митка, Давид Кахане – отец Матеуш, Натан Левин – Богдан Левицкий). Женщинам изготовляли арийские документы.

Давид Кахане повествует: «Мою жену снабдили хорошими украинскими документами, и она работала вне монастыря, а ребенка поместили в детский дом». Давая обобщающую оценку деятельности митрополита Андрея Шептицкого в спасении евреев, Давид Кахане заявляет: «Не каждый возвысился до такой степени самопожертвования, чтобы рисковать жизнью для спасения евреев».

Свидетельствуют другие спасенные

Курт Левин долгие годы добивается признания митрополита А. Шептицкого Праведником народов мира. Он выступал на многих собраниях и конференциях, обращался в Яд ва-Шем, к премьер-министру Израиля. В одной из своих статей он писал: «У народа Израиля было мало друзей в час нужды. Местное население было либо безразличным к судьбе евреев, либо принимало активное участие в их уничтожении. Немногие проявили сочувствие и еще меньше пытались помочь. И все же в час нужды евреи нашли друга в лице Его Превосходительства митрополита Андрея Шептицкого».

В письме ко мне Леон Хамейдес, спасенный А. Шептицким, писал: «Мой брат и я были спасены в монастырях, подведомственных Митрополиту Шептицкому. Там были и другие дети, включая... некоего Д. Амаранта, и еще одного мальчика, фотокарточка которого у меня имеется, но его имени я не помню. Меня долгие годы удивляет, что Митрополит все еще не признан по заслугам. Я не допускаю, что его действия могут вызвать спор... Я, со своей стороны, чрезвычайно заинтересован помочь в деле признания этого нееврея Праведником».

Я располагаю свидетельствами многих людей, которые характеризуют митрополита А. Шептицкого как высокогуманного человека, большого друга евреев, оказавшего многим евреям помощь, рискуя жизнью, в самое трудное время. В обобщенном виде их чувства, приводимые факты участия митрополита в спасении евреев и высказывания о нем можно выразить словами Курта Левина: «В те трагические времена великий и благородный человек жил на горе Святого Юра. У него было сердце, полное сочувствия к человеческому страданию. Он вполне заслуженно носил имя “друга евреев”, каковым он себя называл задолго до этих событий, и он доказал это в самое мрачное время, рискуя собственной жизнью. Его имя будет навеки вписано в анналы еврейской истории».

Мнения ученых

Профессор Беер-Шевского университета Шимон Редлих в статье «Шептицкий и евреи» указывает, что А. Шептицкий был обречен жить в суровое время, когда в Европе враждебность преобладала над толерантностью. Проф. Редлих говорит о многосторонних связях митрополита с евреями Галиции и о глубоком взаимном уважении.

Двухлетнее правление советской власти в Западной Украине, ее отношение к религии, к национально настроенным людям, ущемление прав и свобод граждан не могли не породить враждебности к новому режиму. И приход немцев во Львов на восьмой день войны, 30 июня 1941 года, был воспринят украинцами как акт освобождения. Эту иллюзию в какой-то мере разделял и А. Шептицкий. Как писал поэт: «Но кто б тогда за всеми не повлекся?» Вскоре, однако, А. Шептицкий полностью избавился от этих иллюзий, увидев звериный облик нацизма, проявленный по отношению к евреям и другим народам.

Д-р Редлих приводит примеры и документы с резко выраженными протестами митрополита против фашистских зверств и вопиющей безнравственности оккупантов, растлевавшей и украинцев, особенно молодежь. Д-р Радлих подчеркивает, что именно А. Шептицкий был инициатором спасения не менее 150 евреев. При этом он заявляет, что у Шептицкого не было намерения обращать спасенных в христиан. Цитирую автора статьи: «Насколько нам известно, Шептицкий не делал попытки обратить (в христиан. – И.О.) евреев, спасение которых он организовал во время Второй мировой войны. И в отличие от папы Пия ХII, Шептицкий был одним из немногих церковных деятелей, кто заботился о евреях и предпринял действия в их пользу».

Делая вывод об этой сложной личности, проф. Редлих отмечает, что действовать Шептицкому приходилось в сложнейших обстоятельствах. «Тем не менее, его слова и деяния на благо евреям ставят его в ряды того гуманного и отважного меньшинства, в которое – во время испытания – евреи верили, что именно они были их спасителями».

Да, в условиях ожесточенной войны и беспрецедентной катастрофы А. Шептицкому приходилось умело лавировать. Меньше всего его, старого, немощного, парализованного человека, тревожила личная безопасность. Он чувствовал свою ответственность перед своим народом, паствой и судьбой церкви, им руководимой, наконец, перед многими евреями, скрывавшимися в его монастырях. Нацистам ничего не стоило одним росчерком пера ликвидировать униатскую церковь и отправить в концлагеря священников и монахов, как это сделала советская власть в 1946 году, в мирное время.

Эту ситуацию трезво учитывает другой ученый, так же, как и проф. Редлих, спасенный на Украине, – д-р Аарон Вайс. Выступая на конференции о еврейско-украинских отношениях в исторической перспективе, которая проходила в Мак-Мастерском университете в Гамильтоне в Канаде в октябре 1983 года, д-р Вайс указал на выдающуюся роль А. Шептицкого в спасении евреев и на те трудности, которые приходилось преодолевать спасителям на Украине. «Таким образом, – сказал он, – усилия украинских праведников можно считать выдающимися, если принять во внимание тот фон, ту общественную атмосферу и те меры, которые немцы предпринимали против того, кто пытался спасать евреев». Так несколько сот из 1541 украинца, казненных немцами за различные «преступления», поплатились жизнью за помощь или укрывательство евреев (Judenbegunstigung).

Высокую оценку деятельности митрополита А. Шептицкого по спасению евреев дает исследователь Катастрофы Филипп Фридман. Митрополит неоднократно бесстрашно выражал свое мнение о немцах, называя их власть поистине дьявольской, хуже большевистской. Помощь, оказанную евреям митрополитом Шептицким, признает и бывший директор мемориала Яд ва-Шем д-р Ицхак Арад.

Журналист Лео Гейман еще в 1962 году взял интервью у раввина Давида Кахане, в то время главного раввина военно-воздушных сил Израиля. Д. Кахане обосновал многочисленными примерами, почему он считает А. Шептицкого святым. После войны Д. Кахане удалось переправить в Палестину около 200 детей, спасенных в монастырях, подведомственных митрополиту. А список священников и монахов, участвовавших в спасении евреев, насчитывал 240 имен, хотя, по словам Д. Кахане, не был полным.

Мнение института Яд ва-Шем

В разное время я получал ответы, характеризующие личность Шептицкого, из Яд ва-Шем непосредственно либо через канцелярию премьер-министра. Цитирую: «Славная деятельность главы Украинской греко-католической церкви нам известна и действительно заслуживает высокой похвалы. Некоторые книги, особенно книга раввина Кахане “Дневник Львовского гетто”, которая была издана Яд ва-Шем в этом году, правдиво изображает гуманную деятельность митрополита Шептицкого, имя которого будет вечно упоминаться среди тех Праведников народов мира, которые во время Катастрофы протестовали против уничтожения евреев и на деле содействовали их спасению. 6.6.1985».

«Шептицкий способствовал спасению многих евреев; некоторых спасал непосредственно, большинство – путем указаний, которые он давал духовенству своей церкви. 23.1.1986».

После этих «заздравных» оценок следуют «заупокойные», которые я в этой статье приводить не стану, ибо не хочу без принуждения позорить Комиссию по присвоению звания «Праведник мира» при Яд ва-Шем и сам мемориал, который высоко ценю.

Я выражаю надежду на то, что теперь, когда устранены некоторые препятствия, ранее мешавшие объективной оценке подвига митрополита А. Шептицкого и справедливому награждению, Комиссия в ближайшее время пересмотрит свое решение и примет новое, положительное.


2001 год объявлен на Украине годом Андрея Шептицкого. 100 лет назад, 17 января 1901 года, бывший граф Роман Шептицкий стал митрополитом Андреем Шептицким. Признание его «Праведником народов мира» в этом году достойно увенчало бы эту юбилейную дату и послужило бы улучшению отношений между двумя народами, но главное – явилось бы торжеством справедливости.

Мною получено для публикации в печати письмо мэра Львова г-на Васыля Куйбиды, адресованное директору Мемориального института Яд ва-Шем г-ну Авнеру Шалеву. Вот это письмо в переводе на русский язык:

«Уважаемый господин директор!

100 лет назад блаженной памяти Андрей Шептицкий стал митрополитом Украинской Греко-Католической церкви. В связи с этим 2001 год объявлен в Украине годом Андрея Шептицкого.

На наш взгляд, знаком заслуженного уважения к митрополиту за пределами Украины было бы признание его в Израиле Праведником народов мира.

Митрополит Андрей Шептицкий был не только горячим сторонником восстановления еврейской государственности, но и сделал немало для спасения многих сотен евреев в годы Катастрофы. Достаточно напомнить, что более 15 евреев спаслось от нацистского геноцида в резиденции митрополита в Соборе Святого Юра во Львове, а сотни других – в греко-католических монастырях на территории Западной Украины.

Вопрос о признании Андрея Шептицкого Праведником народов мира не раз поднимался семьями спасенных митрополитом евреев: аптекаря Подошина, главного раввина Львова Иехескиеля Левина, раввина Хамейдеса и других.

Мы благодарны тем общественным деятелям Израиля, благодаря ходатайству которых семь духовных особ с Украины, включая брата Митрополита Архимандрита Клементия, стали Праведниками народов мира, и искренне надеемся, что в год Андрея Шептицкого его имя пополнит этот почетный список Великих и Справедливых Людей ХХ столетия.

С уважением, мэр В. Куйбида».


Источник: «ЛЕХАИМ», ИЮЛЬ 2001 ТАМУЗ 5761 — 7 (111)

http://www.lechaim.ru